Azarovskiy (azarovskiy) wrote,
Azarovskiy
azarovskiy

До читинской звездени и обратно


Как и с кем добирается до Читы житель дальней деревни?

Забайкалье - это расстояния в шестьсот, а то и в тысячу километров только в один конец. Как ехать?
В Чите есть автобусная стоянка для провинциалов. Автовокзала не видно, говорят есть в здании ЖД вокзала. Отдельного и в отдельном месте нет.
Не было и не предвидится. Ладно, согласимся и с этим разгильдяйством. А автобусы есть? До всех уголков и деревушек Забайкальского края? Конечно, на открытом всем ветрам пространстве, именуемом «автовокзалом», в нужное время подъезжает маршрутный транспорт до нужного места.
А вот до Усть Ималки Ононского района или Абагайтуйя Забайкальского района есть маршруты? Как люди добираются до Нижнего Гирюнино Балейского района или Брусиловки Краснокаменского района? До Дамасово Нерчинско-Заводского района или Алтана Кыринского района не тряслись?
Не о владельцах городских иномарок или гордости отечественного автопрома речь, о простых людях, пассажирах из деревень Забайкальского края. Как они добираются до Читы и обратно?
Из многих деревень забайкальцы до Читы добираются самостоятельно, отлаженными за много лет методами и способами. В некоторых деревнях всё ещё нет сотовой связи, исчезли – школы, аптеки, уехали медсёстры, не говоря об участковых. Чего не хватишься, того и нет. Люди живут сами по себе, без государства, не питая ни малейшей надежды на власть. Может быть, так лучше?
Как человек должен попасть на приём к врачу или на беседу к чиновнику, депутату, губернатору в Чите, если он живёт за 350-500 километров, а маршрутного автобуса нет? Сам должен добраться, напрячь умище, чтобы решить свои делишки.
Ведь лечиться или решать проблему надо обязательно. Так устроен человек. Верит. Хотя ещё не факт, что будут лечить или решать проблемы. Но ехать надо.
И вот наш забайкалец каким-то образом и на приём записался. Дата и время назначены точно. Опоздывать никак нельзя. Когда же он потом попадёт к читинской знаменитости или ещё какой-нибудь звездени, если назначено время, а он опоздает?

Чувствуете, что к существующим проблемам человека один за другим прирастают другие проблемы, рождающиеся только из-за того, что он должен добраться до какой-то краевой персоны, которая почему-то назначена судьбой решать одну из его проблем. Вот как наворачивается жизнь!

Искать возможность прибытия в Читу наш забайкалец начинает задолго. За неделю, а то и за месяц до указанного на бумажке числа и часа, он прорабатывает в башке все возможные варианты, обзванивает всех владельцев личного транспорта, обговаривает (не договаривается) с ними возможность поездки. Договариваться заранее опасно: вдруг машина сломается, может быть, водитель пассажиров не наберет и тогда попытается «пересадить» клиента на другую машину, а у другого уже полный набор «до Читы». Облом получится.
И только за день до приёма в Чите наш забайкалец точно определяется с водителем, машиной, местом. Две с половиной тысячи рублей отложены отдельно: до Читы и обратно, включая обед.

Что же это за водитель?
Посвятим и ему несколько абзацев, ибо это чрезвычайно нужный для забайкальской глубинки человек. Можно сказать, человек, который решает задачи государственного масштаба.
Ездит он по накатанным маршрутам уже лет десять, а то и двадцать. За это время стал профессионалом во многих сферах услуг. И не только услуг. Он и водитель, и почтальон, и грузчик, и экспедитор, и бухгалтер, и кассир, и знаток банкоматов, и воспитатель детей, и охранник. Лучше его в деревне, а может быть и в городе, никто не знает Читу, все улицы и переулки, закоулки и тупики, самые отдалённые и безадресные или аварийные дома, где снимают квартиры его земляки. Квартиры в хороших домах им не по карману.
А те, кто покинули деревню давно, много лет строят на окраинах Читы свои дома. Но с каждым годом тоска по родной деревне, вместе с ощущением бессмысленности пребывания в городе и какой-то непоправимой ошибки судьбы, становится всё острее и надсаднее. Естественно, наш водитель чувствует такое настроение, он уже потрясающий психолог, юрист, знает выражения лиц всех людей своего района и ещё сотен людей в других районах и крае. Для них он привезёт и достанет из города или из любого магазина по маршруту любую вещь или деталь. Ведь они - его кормильцы, а он - их выручалочка.
Человек рисковый и фартовый, он – связующая и прочная нить между деревней и городом. Это государство со всеми своими звезденями - тупой лох и обиратель народа, а наша выручалочка – удача и душа общества.
Таких в каждой деревне несколько человек. В районе – два или три десятка. С надежными машинами и помощниками.
Тут тоже своя иерархия: кто-то везёт до райцентра, а кто-то – до Читы, а некоторые и вовсе – куда угодно и когда угодно. Транспорт разный – легковой, грузовой, пазы, газели, истаны, таблетки, иномарки, волги, жигули. Водители тоже разные.
Имя и портрет каждого из них я бы вознёс на Доску Почёта общества, если бы таковые имелись. Но их нет, есть только подозрительность и недовольство властей, которые не способны организовать жизнь регионов и общества… Да и нельзя на всеобщее обозрение. Слишком много изучающих на предмет наживы взглядов.

Итак, наш забайкалец упаковал вещи, возможно, уложил кусок свинины или баранины для читинской персоны.
За окном ещё морозная темень, но телефон заверещал, супруга засуетилась (варежки с пирожками суёт), машина за забором заурчала. А там уже компания земляков. Если после праздников, то соответственно и перегар. От кого тоже известно. Соответственно. У каждого в машине своя поклажа, в Чите свои задачи, своё время приёма у кого-то и где-то. Кто-то едет на работу, а кто-то на учёбу, бабушку отправили няньчить внуков, внуков выпроваживают из гостей.

В путь.
Если по Чернышевской трассе, то обедать надо у Богомягково, если со стороны Аргуни – перед Нерчинском, за Шоферским ключом. По Агинскому тракту – пассажиров кормят в разных заведениях. Водителей насыщают бесплатно: прибыль привозят.
После сытных буз или гуляша можно и поспать, дорога до Читы не близкая, к тому же всюду ремонт, а если снег валит, да ещё и гололёд, то пиши – пропало. Полдня вилять.

Наш пассажир намерен жить в Чите сутки, от силы двое. Получится ли?
У каждого жителя деревни есть в городе знакомые, родственники, у некоторых проживают дети. У своих, конечно, в тягость, но можно. У кого-то есть многолетние собутыльники-халявщики, можно поискать дешёвую гостиницу, квартиру, комнату. Остановиться есть где. Обдерут везде.
Но ходить по Чите зимой – беда. Ездить и того хуже. Дышат тут чёрт знает чем! И вот наш забайкалец, покинув уютный деревенский транспорт, пообещав водителю позвонить и напомнить об обратной дороге, скользит, дыша чёрт знает чем, по гололедице Читы на приём в кабинет персоны.

Первый окрик в троллейбусе, второй – в раздевалке, третий – в регистратуре или бюро пропусков. Деревенщина! Вот и сверток с мясом уже оттягивает руку. И бросить хочется всю поклажу прямо здесь (на улице, в помещении, в окошечко регистратуры или бюро пропусков). Домой, срочно домой. А тут уже из дома звонят, напоминают, что надо купить валенки супруге, а внуку - велосипед. Совсем тоскливо стало! Но заветная бумажечка с датой и временем несёт вперёд, в кабинет всесильной персоны.
Напротив кабинета сидят такие же, как и он, утомлённые клиенты – пожилые и наивные люди из деревень Забайкалья. Проблемы приехали решать. Иногда двери кабинетов оживают: заходят и выходят оттуда люди, которые всё время куда-то спешат, как будто убегают от навязчивой работы или проблемы. На приезжих даже не смотрят. А на что или на кого смотреть?

Средний возраст измордованного жизнью и властью жителя забайкальского села 50-55 лет. Обычно это низкорослая и беззубая особь в китайском ширпотребе, иногда непонятного пола, лицо которой вдоль и поперёк в сетке и бороздах морщин. (Тридцать лет тому назад это был уверенный в себе и в своём государстве человек).
У молодёжи свой ажур и гламур. Современная молодёжь о прошлом не знает, полагает, что так и было всегда. Кстати, современные журналисты тоже такого мнения. В деревнях молодёжь не живёт, а те, которые не могут уехать очень быстро становятся похожими на нашу особь.
Замученный непонятными законами и чиновниками 50-60-летний забайкалец в постоянных и навязчивых думах о деньгах и кормах для скотины. Думы о них не покидают его и в ожидании приёма у кабинета читинской персоны, совершенно не представляющей жизнь умирающей деревни.

Наконец, наш забайкалец успокоился, сел рядом с ожидающими очереди на чёрный стул и вперился взглядом в дверь, которая вот-вот должна ожить. Время уже 11-15, пятнадцать минут миновало после назначенного срока, кажется, вот-вот должны принять. Проходит ещё 15 минут. Люди начинают суетиться и шушукаться. Открывается дверь (чу-у, кажется, слышен голос персоны) и - скрипучее оповещение (как будто в пустоту):
- Сегодня приёма не будет. Уехала (уехал) на совещание.
Тишина: гром лопнул в голове, до ушей не дошёл. Вот тебе и хрень, не приняла звездень… На совещание, на джипе, на командировочные... Ёбпушумать, кого порвать? Но на злобе долго не проживёшь. Придётся всё выстраивать заново.
Наш человек хватается за старенький и отполированный мозолями телефон:
- Коля!!! Ты ишо не уехал. Забирай меня обратно… Чо места нет? А завтра? Так мне теперь снова бумажку в райцентре выписывать… Где я? Да здесь, здесь я, между дацаном и церковью... Подъезжай.


Виктор Балдоржиев.


Tags: дорога, звезда, звездень, чита
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments