Виктор Балдоржиев (azarovskiy) wrote,
Виктор Балдоржиев
azarovskiy

Categories:

История и мы. Знать или не знать свою биографию

История – это, по большому счёту, биография. Представьте себе человека, который не знает своей биографии. Каким будет его жизнь, какие поступки он совершит? А как назвать человека, который не желает знать историю своей жизни, его надо только кормить, хвалить, то есть поглаживать и почёсывать? Такому человеку внушают только то, что он хотел бы услышать о себе. Естественно, ничего, кроме хорошего. Но и к власти приходит люди из такой же нравственно омертвевшей среды. Элиты нет. В мировую элиту живых зомби не пустят. Это блеф.


Так создаются ложные архетипы, образы, примеры, которые внедряются и существуют в коллективном бессознательном общества как отрава, убивающая сознание и мешающая подлинному развитию. Ими успешно пользуются политики. Особенно это заметно в России: правящая партия, пожизненное правление одних и тех же людей и т. д. , и т. п.

Но никакая ситуация, тем более российская, не должна нас смущать и останавливать на пути к систематизации сведений и фактов достоверной истории, из которой мы узнаем о возможностях своей экономической и экологической ниши. Для того, чтобы использовать свои возможности, надо знать свою биографию, то есть – настоящую историю.

О Забайкалье девятнадцатого века

В XIX веке оставили весьма ценные сведения о жизни в Забайкалье исследователь Арктики, верхнеудинский исправник М. М. Геденштром, директор Иркутской гимназии И. Г. Миллер, капитан английского флота Д. Кохрэн, писатели А. И. Мартос и В. П. Паршин, ученый А. Эрман и другие.

В этот период авторы отмечают развитие земледелия.

«Начальство изданным особым положением о хлебопашестве велело им засевать по полудесятине на каждую ревизскую душу. В скором времени нашли они выгоду от земледелия и начали употреблять собственный хлеб в пишу, варя его зерном по неимению печей для печения хлеба», - пишет М. М. Геденштром в своей работе «Отрывки о Сибири».

В этой же работе он отмечает: «…буряты разделяют ручей при его вершине на мелкие каналы и наполняют свои пашни и покосы. Сим простым способом хлеб у них всегда урожаен и даже в засухи на хрящеватой сухой почве родится лучше, нежели у русских».

Вот данные о хоринских бурятах, проживавших на западной стороне Яблонового хреба и доходивших числом до 22 тысяч душ. В издании «Дух журналов» 1816 года, в рубрике «Путешествие», И. Г. Миллер сообщает, что в 1807 году земледельцами считались 1224 хоринских бурята, которые на 1343 десятинах высевали более 12 тысяч пудов пшеницы, ячменя, овса, гречи и проса.

Кроме тяжелых крестьянских работ, люди не  забывали и о красоте быта. Интересно описание и сравнение инкрустации бурятских мастеров по железу и стали серебром, медью, оловом. В 1829 году Адольф Эрман пишет: «Уже в Иркутске мы видели кое-что из изящных металлических изделий бурят. Их огнива по праву предпочитаются лучшим европейским огнивам и покупаются русскими по дорогой цене… На стальных частях бурятской сбруи и другой утвари мы видели выгравированные рисунки, причем медные и серебряные насечки были наложены так глубоко и крепко, что эту работу бурятских кузнецов можно сравнить лишь с аналогичной работой тульских кузнецов». О курительной трубке А. Эрман написал, что такая трубка «…едва ли могла быть сделана более изящно каким-либо европейским ювелиром». Он отметил, что чашечка трубки и чубук были сделаны целиком из серебра и украшены рельефами и инкрустацией из кусочков красного коралла.

М. М. Геденштром отмечает, что уже в первой четверти XIX века в зажиточных русских семьях содержали до 1000 голов разного скота, засевали до 100 десятин земли. Естественно, при таких объёмах применяли наёмный труд, в числе батраков встречаются уже буряты.

Англичанин Джон Кохрэн пишет в 1821 году о том, что буряты привезли на 30 телегах из Тибета религиозные книги, уплатив за них 1200 голов скота.

Он же пишет о товарообмене между бурятами и городским населением Верхнеудинска, где буряты в основном продают скот и пушнину. О торговле прибайкальских бурят в Иркутске пишет А. Эрман, отмечая, что они продают сено, пушнину, мясо. Особое внимание ученый уделил бурятскому луку, называя его превосходным при добыче пушнины. Представляю меткость стрелков, поражавшим стрелами маленьких и стремительных горностаев, куниц, соболей.

Но самое превосходное, на мой взгляд, замечание А. Эрмана об атмосфере во время торгов, где: «Монголо-бурятский язык является живым языком на иркутских базарах».

Вместе с тем, удивительные впечатления возникают при знакомстве с биографиями этих исследователей, которые изучали жизнь нашего края, общались с нашими предками. Они ведь тоже часть нашей истории.

Мы должны знать о них хотя бы для того, чтобы очистить своё сознание от скверны и яда догматических знаний, погубившие наши жизни. Моя же задача – вызвать интерес своих земляков к их личностям.

До сих пор мы говорили об учёных, основном, немцах. Сегодня расскажем о путешественнике, англичанине, который в начале XIX века прошёл через всю Россию до Камчатки и женился на русской девушке.

Джон Кохрэн в Забайкалье

Он отправился через Россию по своему желанию и усмотрению. В наши дни сказали бы – автостопом. Действительно, Кохрэн отправился из Санкт-Петербурга до Камчатки в 1820 году пешком, без никакого сопровождения, до Уральских гор, видимо, пешком, а дальше, нанимая по пути транспорт разных модификаций того времени – телеги, возки, тарантасы, сани. Конечно, англичанин вызвал в российском обществе, особенно в министерстве внутренних дел, немалое удивление.

Для нас же интересно то, что он в 1821 году побывал в хоринском ведомстве, желал увидеться с тайшой Дымбылом Галсановым, которого не застал. Но в секретариате тайши путешественнику выдали открытый лист на бурят-монгольском языке, в котором предписывали по всему ведомству помогать путешественнику и оказывать ему «уважением и всяческое содействие».

Видимо, Кохрэн всё же встретился с тайшой, вот его запись о нём: «…молодой, очень способный человек; он расположен к православным миссионерам, которые часто посещают его и живут у него неделями».

В другом месте, путешественник отмечает, что тайша достиг замечательных успехов в изучении английского языка, учит же его английский миссионер Сван. Кстати, Кохрэн пишет, что у тайши две жены и живут они между собой в полном согласии.

В 1811 году И. Г. Миллер, побывавший у отца Дымбыла Галсанова, писал, что Галсан Мардаев – надворный советник, член санкт-петербургского экономического общества, старается распространить земледелие среди бурят, очень богат стадами крупного рогатого скота, верблюдами, лошадьми и овцами. Кохрэн же записал, что Дэмбыл Галсанов гораздо «беднее» своего отца, в его хозяйстве всего 3 000 овец, 300 лошадей, 200 голов крупного рогатого скота, но отец его имел – 40 000 овец, 10 000 лошадей, 3 000 голов крупного рогатого скота, а ещё много пушнины. Одна из сестёр Дымбыла, выйдя замуж, получила приданым 40 ящиков отличной пушнины. Сыну же умершего тайши досталась малая часть отцовских богатств. Дело в том, что его мать большую часть достояния мужа отдала ламам.

Кохрэн заметил, что родоначальники и простые буряты мало отличаются друг от друга в образе жизни. Может быть, Кохрэн, видевший колоссальное отличие между богатыми и бедными в европейском мире, не заметил значительной разницы между богатыми и бедными бурятами?

Кем же был Джон Кохрэн, в силу каких причин и какой нравственности он должен был общаться и изучать жизнь наших предков? Ответ на этот вопрос также становится одним из инструментов очищения сознания от догм, погубивших и продолжающих губить лучшую часть отпущенного нам времени.

Англичанин Джон Кохрэн, несмотря на подозрение его М. М. Сперанским в сумасшествии, прекрасно понимал, что человечество – одна цивилизация, а потому:

- при любых разностях культур и быта всех людей объединяют общечеловеческие ценности;
- для истинного изучения человечества надо изучать человека:
- случайные обстоятельства не должны отвлекать нас от добрых намерений и лишать мир полезных и интересных знаний.

Рождённый и воспитанный империей он был настоящим, независимым от условностей, человеком цивилизации, что и доказал своим путешествием.

Разные авторы писали о нём, что он служил офицером флота Великобритании, после ссоры с отцом и оставления службы, добрался до Санкт-Петербурга. Оттуда, в 1820 году, отправился на свой страх и риск в путешествие по европейской и азиатской части России, которое продлилось три года.

Вот его путь до Камчатки, который я составил из описаний разных авторов: Кенигсберг, Мемель, Митава, Рига, Нарва, Санкт-Петербург, Вышний Волочек, Тверь, Москва, Владимир, Павлово, Нижний Новгород, Чебоксары, Казань, Пермь, Красноуфимск, Екатеринбург, Тюкалинск, Омск, Семипалатинск, Усть-Каменогорск, оттуда по реке Иртыш до китайской границы. Потом он побывал в Убинской, добрался до Змеиногорска, побывал на Колывани, Барнауле, Томске, Красноярске. Далее, добравшись до Иркутска, отправился по Лене в Якутск, оттуда, следуя Верхоянским трактом, попал на Среднюю и Нижнюю Колыму, вышел к реке Анюй, последовал через Верхне-Колымск, Оймякон до Охотска. И уже оттуда добрался до Камчатки, остановился в Петропавловске.

Вторая Камчатская экспедиция первой половины XVIII века, участники которой группами следовали по таким же маршрутам, насчитывала примерно 2000 человек. В нашем случае человек шёл один, изучал, беседовал, записывал. И эти записи дошли до нас.

Из Петропавловска он отправился вдоль западного берега полуострова, посетил Большерецк, Тигиль, Еловку, Нижне-Камчатск, вернулся по реке Камчатка в Петропавловск, прожил там 11 месяцев. Надо только представить рельеф, природу и климат Камчатки!

С полуострова он снова отправился в Якутск, оттуда, по Лене, возвратился в Иркутск. Уже из Верхнеудинска он отправился в Забайкалье, побывал в Селенгинске, Нерчинске, Цурухайтуе, на границе с Китаем.

Где-то в Европе – Байрон, Пушкин, Наполеон, просветители и философы, а по нашим степям и горам, деревням и стойбищам путешествует неутомимый англичанин, взявший на Камчатке в жёны дочь русского священника. Случилось это в 1822 году.

Родился Джон Кохрэн в 1780 году, умер в 1825 году. Книга его называется (в переводе на русский язык) «Повесть о пешеходном путешествии по России и Сибирской Тартарии, от границ Китая до Студеного моря и Камчатки». Издана в 1824 году в Лондоне, в том же году была переиздана в Филадельфии, Эдинбурге, переведена на немецкий, шведский и голландский языки.

Выпустив книгу, в 1824 году Кохрэн отправился в Америку и умер там в 1825 году.

Во время своего путешествия он встречался с губернатором Восточной Сибири М. М. Сперанским, который писал, что Кохрэн сойдёт с ума, поскольку в нём уже заметны признаки сумасшествия. Видимо, не сошёл.

Кстати, в самом начале путешествия его ограбили под Петербургом русские путешественники, но в Сибири он встречал только гостеприимство и приют. О нём было много толков, слухов и сплетен. Известно, что жена его подписывалась на английском – Ксения Кокрен. М. Д. Бутурлин писал, что встретил совершенно слепого Кохрэна, видимо, перепутав его с Холменом, действительно слепым англичанином, учёным и натуралистом. Кстати, Холмен, тоже внутренне независимый человек, чувствующий своё единство с человеческой цивилизацией, встречался с Кохрэном, путешествовал по Сибири, тоже написал и издал книгу. Удивляться ли нам после этого англичанину Стивену Хокингу, мечтавшему о путешествии во Вселенной?

Кстати, российские власти арестовали Холмена и обвинили его в шпионаже. Слепого! Это и есть империя.

В своей книге Кохрэн обращает внимание на то, что люди за Уральскими горами не только намного воспитаннее и гостеприимнее живущих в европейской части, но и одеты чище. Он пишет, что стоит только ему зайти в cottage (дом), как хозяева ставили перед ним еду – щи, мясо, хлеб, молоко без никакой просьбы, бесплатно, по традиции. Кохрэн никакими мольбами не мог заставить их взять плату, кроме табака и водки.

Его замечание о том, что он отказался от пошлой и антиобщественной традиции платить за прокормление, рождённое обычаями народов Сибири, достойно стать назиданием всему человечеству.

Сибиряков и Сибирь Кохрэн искренне полюбил. Он пишет, что, возвращаясь, в последний раз с благодарностью смотрел на восток, где он встретил уважение, доброту и гостеприимство.

После этих признаний можно по-новому взглянуть на историю своего Отечества и своих предков.

Незначительные проблемы Забайкалья

Четырнадцатая глава книги Корхэна о нас.

Подзаголовок: Vercherniy Udinsk – Tchitta – Baidalofskiy – Bolshoy Zavod – Nertcvhinsk – Tsurukhaitouefsk, Kondou – Tchindat – Khirring – Ashenginskiy – Mogoitu – The Ungoda – Tchitta – The Hot Buths – The Etamza – Return to Vercherniy Udinsk – The Selenga – Kiakhta.

Вполне читаемы и узнаваемы наши места.

Рассказывая о людях, которые изучали наши регионы и экономическую основу благополучия наших предков, я надеюсь, что мои земляки, в конце концов, осознают, что их проблемы, в основном,плод развития общества, на котором паразитируют недалёкие в общем-то его представители. Они объединяются, разрабатывают сложные схемы для выборов в думы, заксобрания, советы, являющиеся, на самом деле, частью схем распределения народных богатств (сырья и финансов) в пользу меньшинства, взявшего власть. У такого общества никогда не будет подлинной элиты.

Общеизвестно, что никаких государственных денег не бывает, есть только деньги налогоплательщиков, на которые и существует вся власть, неподконтрольная обществу. Никакой депутат или чиновник не обладает финансами, которые могли бы облагодетельствовать его избирателей.

Вернуть контроль можно только массовым выступлением народа. Например, всенародным проявлением воли на выборах всех уровней.

Вы думаете, что судьба англичанина Джона Кохрэна или судьбы других замечательных исследователей, ставших частью нашей истории, не имеют отношения к сегодняшним проблемам выборов или сельского хозяйства Забайкалья? Ещё как имеют! Они показывают нам прошлое нашего Отечества и доказывают, что человек может добиться всего.

Из далёкого прошлого, изучая ононскую, акшинскую, кыринскую или агинскую степь, беседуя с нашими предками они говорят нам: «Цивилизация возможна всегда и везде. Свободный человек живёт в ней!»


Капитан Кохрэн прошёл 3 000 миль пешком и женился на леди из Камчатки...
______________________________________________________________


Все работы проводятся только за счёт поддержки народа. Даже 1 рубль - бесценен для благого дела! СПАСИБО– кто сколько может. Перечислить через мобильный банк – 8 924 516 81 19, через приложение на карту 4276 7400 1903 8884 или –






Tags: джон кохрэн, иностранцы в Сибири, история бурят
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments