Виктор Балдоржиев (azarovskiy) wrote,
Виктор Балдоржиев
azarovskiy

Category:

Пока мы живы. XVII-XVIII вв. По обе стороны границы

Итак, мы знаем, что процесс формирования многих этносов, включая и наш бурят-монгольский, начался с распадом Монгольской империи. В этот период характерна сильнейшая активизация дивергенции монолитной некогда империи. Наводнение закончилось, большая река распалась на множество рек, речушек, ручейков, которые смешивались между собой и образовывали новые русла и направления. Объясним метафору: рождение нового этноса – это всегда активизация дивергенции, то есть расхождение потоков от начальной точки, в биологии – отклонение свойств и признаков от первоначального. Был хоринцем – стал неизвестно кем. Мы сейчас тоже – совершенно другие от «первоначальных».


В XVI-XVII веках появлялись новые границы. Многие монгольские племена и роды начали стекаться в Ара-Халху, условный современный Байкальский регион, с востока и юга, переходя пограничные реки и возвышенности. Объединившись и дополнив сообщества тех людей, которые уже жили здесь, они впоследствии стали бурят-монголами, сформировались как народ.

Для изучения нашей истории мы всегда должны иметь в виду две стороны, разделяя их современной границей между Китаем, Монголией и Россией. Та сторона – это Цинская империя, включавшая в себя Монголию и Китай, эта сторона – Россия.
Исторически мы попали между двумя этими мощными жерновами, которые уже четыре столетия перемалывают нас в труху своего образца.

По сравнению с другими, крупными, этносами, также претерпевающими изменения в XVI-XVII-XVIII веках, хоринское и другие племена, образовавшие бурят-монгольский народ, были небольшими объединениями. Вероятно, по этой причине их наименования не заметны на видимой, поверхностной, части истории Монгольской и Цинской империи. Но эти наименования должны быть, они обнаружатся при более глубинном знании истории этих двух империй и таком же поиске. Естественно, что для такого знания и поиска надо владеть китайским и монгольским языками, включая старомонгольскую и маньчжурскую письменности, которая была создана на основе старомонгольской.

На маньчжурской стороне

Как же могла жить часть наших предков, оставшихся на той стороне?
В 1616 году, когда многие монгольские племена и роды перекочевали или бежали в Ара-Халху и позднее стали именоваться бурят-монголами, на северо-востоке Китая и Внутренней Монголии было образовано Маньчжурское государство. Маньчжуры, объединив свои и находящиеся рядом с ними племена, начали завоёвывать Китай, привлекая на свою сторону и подчиняя монгольских ханов. В 1644 году появилась Цинская империя, просуществовавшая до 1912 года.

Маньчжуры делили своё государство на военно-административные территории, которые назывались знамёнами. Земли Маньчжурии имели особый статус, поскольку были родиной самих маньчжуров. Надо сказать, что все монголы были в империи вторыми по значимости после маньчжуров, далее следовали китайцы и инородцы. При Монгольской империи вторыми были маньчжуры, а первыми - монголы.
Также, как и в России, все люди не основных национальностей именовались инородцами. Предки хори-бурят и вообще всех бурят-монголов могли входить и, скорее всего, входили в группы больших монгольских племён, которые образовывали аймаки.

Описание этих аймаков, поделённых маньчжурами и входивших в их знамёна, сделал в XIX веке летописец или делопроизводитель, возможно и топограф, Мэн-Гу-Ю-Му-Цзи (кратко Чжан Му), который, как пишут, умер в 39 лет от полового истощения. Мужик был! Закончил примечания к «Запискам о монгольских кочевьях» его друг – Хэ Цю-Тао.

Работа Чжан Му длилась более десяти лет. Чжан Му уходит при описании кочевьев в глубокую древность, подробно пишет о событиях XVI-XVII-XVIII веков. Ведь ему было поручено снабдить работу географическими и археологическими примечаниями, что он не успел.

Надо сказать, что, в отличие от России, в Цинской империи и вообще в Китае, делопроизводство велось на высшем уровне и с максимально возможной точностью (императоры писали стихи, прозу, историю!). Это видно по работе Чжан Му, где он описывает территории и границы кочевий чуть ли не до метра. Чиновники империи были высоко грамотными людьми: для вступления в должность учились и сдавали строжайшие экзамены. Разумеется, ни один делопроизводитель, летописец (тогдашний блогер) и в мыслях не допускал ошибок в написании. (У нас, я вижу, "историки и краеведы" пишут кому и как вздумается:))

Напомню, что в XVI-XVII веках делилась этническая системная целостность Монгольской империи. Надо полагать, что через два-три века, в XIX веке, это были уже совсем другие сообщества, из которых очень трудно вычленить те группы, которые существовали двести или триста лет тому назад.

Вот отрывок примечания из работы Чжан Му и Хэ Цютао «Записки о монгольских кочевьях» (составлен в 1867 году, русское издание 1895 года): «…в городах Букуй и Мэргэнь смешанно живут инородцы и китайцы; между первыми встречаются Барху, Солунь, Дахур (в настоящее время называемые Да-шэн-ула) и Сибо; все они также приписаны к знамёнам и несут службу. Умнейшие из них понимают язык и грамоту все равно, как китайцы».

Что мы можем понять из этого примечания? В Цинской империи есть чёткое подразделение на самих маньчжуров, инородцев и китайцев. Инородцы и китайцы приписаны к военно-административным территориям и гарнизонам (знамёнам) и несут службу. Это – баргуты (барху), эвенки (солунь), дауры (дахур), тунгусы, близкие к маньчжурам (сибо).

Могли бы быть здесь предки хори-бурят? Конечно. Ведь в Монголии осталась большая часть наших предков. Они могли быть, (по мере ассимиляции), в любой из этих групп, менее ассимилированные – среди баргутов.

Из предложения «Умнейшие из них понимают язык и грамоту все равно, как китайцы» надо понимать, что эти люди китаизирутся.

А из строки «…Дахур (в настоящее время называемые Да-шэн-ула)» выходит, что у маньчжуров и китайцев могут меняться наименования целых народов, естественно, могли меняться наименования племён и родов. И этот процесс происходил и происходит во времени непрерывно.

Если по Тугулдуру Тобоеву и другим летописцам мы именовались (и всё ещё можем именоваться) народом 11 хоринских родов, то в Баргу-Монголии Цинской империи, нас вполне могли называть по-другому, тем более наши предки соединялись и входили в другие группы и сообщества. Эти факты должны быть отражены в архивах Цинской империи. Делопроизводство там было очень тщательным и чётким. В этих архивах возможно найти какие-нибудь сведения не только о наших предках, оставшихся во Внутренней Монголии, но и вообще о нашем прошлом. Будем надеяться, что хори-бурятам повезёт.

Авторы «Записок о монгольских кочевьях» замечают, что в 1651 году для монгольских инородцев определен был следующий штат земли: каждым 15-ти тягловым людям (взрослым) отвести земли 1 ли в ширину и 20 ли в длину.

Один ли равен примерно 500 метрам (точного измерения нет: от 300 до 600 метров). Значит, 15 работоспособных (тягловых) мужчин получали землю шириной в 500 метров и длинной в 10 километров. Один человек должен был обрабатывать землю шириной в 500 метров и длиной в 666 метров. Это 33 гектара, то есть сегодняшний пай члена колхоза (бывшего или действующего).

Вот ещё одно интересное для нас примечание: «Во 2-й год правления Шунь-чжи (1645 г.) старший сын Бадари Баясхалан женился на царевне Чун-кан». Какие современные имена! В 1645 году Бадараев Баясхалан женился на царевне…

Документы подобного рода подавались в Лифаньюань — в переводе с китайского «Палата по делам управления вассальными и зависимыми территориями». Вот в архиве этой палаты и надо, наверное, искать сведения о прошлом 11 хоринских родов и вообще всех бурят-монголов.

Очень интересную информацию дают труды российских синологов, то есть китаеведов. Вообще, следовало бы окунуться в синологию - огромный комплекс наук, изучающих Китай, а это истории многих и многих народов.

Вот что пишет о разграничении земель северомонгольских аймаков и хошунов синолог А. В. Попов:

«Законодательство, введённое империей Цин в Монголии в XVIII–XIX вв., среди прочих имело определенную цель: сформулировать и провести в жизнь целый ряд норм, устанавливающих порядок распределения и разграничения населённых монголами земель. Статус границ монгольских хошунов и аймаков впервые оказался в фокусе системы цинского законодательства в 30-х годах XVII в., с самого начала её распространения на Монголию. Об этом свидетельствует содержание нескольких указов, адресованных правителями маньчжурского государства Цзинь южным монголам1. Наиболее ранний из таких указов, изданный в 1636 г. маньчжурским государем Хунтайдзи (или Абахаем, годы правления: 1626-16342), предписывал штрафовать 40 лошадьми монгольских ванов2, допустивших самовольный переход установленных границ кочевий. За тот же проступок управлявшим хошунами бэйлэ, бэйцзы и гунам3 грозил штраф в размере семи единиц конского поголовья, тайджи4 — пяти. Уличенный в подобном правонарушении простолюдин обязан был отдать для казённых нужд одного быка. Согласно тому же указу, переходящие пределы отведённых им земель и самовольно кочующие на чужих пастбищах ваны должны быть подвергнуты штрафу в размере 100 лошадей, управляющие хошунами бэйлэ, бэйцзы и гуны — в размере 70 лошадей, тайджи — в размере 50 лошадей.

Совершивших подобное преступление простолюдинов надлежало лишать всего их имущества, каковое следовало передавать свидетелям, давшим показания, уличающие правонарушителей.

Тем самым были сформулированы правовые основы порядка распределения и разграничения кочевий, распространённого цинскими властями на Северную (Халха) Монголию сразу же после ее включения в состав империи Цин в 1691 г».

Объяснения сносок приведённого абзаца

1. Маньчжурское государство Цзинь установило политический и административный контроль над территориями, населёнными южными монголами, в 1623–1635 гг.

2. Ваны – монгольские князья, обладавшие пожалованными цинским императором высшими аристократическими титулами 1-го и 2-го рангов.

3. Бэйлэ, бэйсэ, гуны – представители среднего звена цинской иерархии монгольской наследственной знати, князья 3–6-го рангов.

4. Тайджи - носители низших аристократических достоинств и рангов знатности, привлекались цинскими властями к государственной службе в качестве правителей хошунов или чиновников в монгольском военно-административном аппарате.

Говоря о нашей истории и Бальжин-хатан, мы упоминаем Бубэй бэйли-хана и его сына Дай Хунтайджи. Многие авторы, в том числе и я, пишут, что Хунтайджи – это чингисид. Надо понимать, что в Цинской империи это был уже простой феодал, статус мог быть добавлен монгольским табелем о рангах. В Цинской империи князья делятся на ранги, но теперь они выполняют военно-административные функции, работают как чиновники.
Бэйли, как мы поняли, – князь 3 и ниже ранга. Отсюда вывод: для маньчжуров Бубэй – бэйли, монгольский наследственный князь, для монголов – ещё и хан (непонятно какой значимости), возможно возглавлял солонов (эвенков), которые были приписаны к одному из знамени (корпусу) маньчжуров. Дай Хун был просто тайджи, сыном Бубэй бэйли, чиновником в аппарате отца, отсюда, возможно, Дай Хунтайджи. А как его звали? Дай, Дэ, Ду, Дахун, Дэхун?
Бубэй бэйли и его сын, вероятно, были владельцами хошуна. Это обязывает титул бэйли.
Хошун -
административная единица в Монголии с XVI века по 1931 год. При маньчжурском господстве (1691-1911) хошун становится основной военно-административной единицей. Одновременне с этим, хошун - феодальное, удельное, княжество во главе с наследственным князем. В военном отношении хошун при маньчжурах приравнивался к ополчению, численность которого равнялась дивизии, то есть 10 или более тысяч человек.
Из этого следует, что во владениях Бубэй бэйли и его сына было около или более 10 000 человек. Какая-то часть из этого количества была хоринцами. Возможно, по соседству с этим хошуном проживало ещё больше хоринцев.
Но сын Бубэй бэйли убежал вместе с невесткой (Бальжин-хатан) и подданными - народом 11 хоринских родов.
Преследовали их не простые вооруженные ватаги, а серьёзное подразделение маньчжурской армии, где в каждой ниру (роте) насчитывалось до 300 солдат.
Была даже русская рота (Орос ниру) из пленных и перебежчиков.
Если армия маньчжуров сокрушила минский Китай, Джунгарию и захватила ещё много территорий, то надо полагать, что это была сильная, многонациональная, армия, наследовавшая в какой-то степени монгольскую армию, и там была суровая дисциплина.
Преследовать Дай Хунтайджи, Бальжин-хатан и хоринцев могли: ниру (рота) - до 300 воинов, чэлэ (батальон) - до 1500 воинов, гуза (бригада) - до 7500 воинов. Скорее всего, это были два или три чэлэ - от 3 до 5 тысяч воинов. Вполне возможно, что Бубэй бэйли отправили на помощь подкрепление из ставки знамени.
Сражаться с таким грозным войском горстке мирных людей было бесполезно, единственное спасение - бежать, скрываться, рассеяться, что и сделали хоринцы.
Наверное, в 1594 году или в начале 1600 годов через Аргунь переправились около 3-4 тысяч наших предков.
По ревизии 1795 года, то есть через 100 лет после побега, хори-бурят было 17 тысяч человек всех возрастов. Был, конечно, естественный прирост сообщества, в основном хоринцев стало больше за счет других беглецов, которые перебирались в Байкальский регион со стороны Монголии и Цинской империи на протяжении 100 лет..

Имя Хунтайцзи (возможно и статус) был у императора маньчжуров, сына Нурхаци, Абахая (1592-1643).
Законы, как мы видим, были жёсткие не только для простых людей, но и для всех без различия. Маньчжурское государство было именно построено его основателями: Нурхаци, Хунтайцзи, Ши-Цзу, Канси, Юнчжэн, Цяньлунь...

P.S. Возможно, Тугулдур Тобоев, закончивший свою Хронику в 1863 году, брал за основу "Доклад о происхождении одиннадцати хоринских родов", написанный заседателем Хоринской степной думы Доржи Дарбаевым в 1839 году. В этом докладе Доржи Дарбаев пишет, что: «Сыном Буубэй-бэйлэ был Дай-хун-тайджи. Отец во время сватовства сыну невесты, по имени Бальжин-Хатун, дал в приданое людей 11 родов. Сохранились записи устных преданий, сказанных стариками, что подданные Дай-хун-тайджи из-за неблагополучных условий жизни бежали в страну русского хана и приняли его подданство».
Дал в приданое сыну?


На этой карте возле Хайлара и границы видим желтые звёзды или пятна, которые означают гарнизоны, а также кочевые сообщества, причисленные к гарнизонам.


На русской стороне

Следуя Тугулдуру Тобоеву, мы дошли до 1703 года, когда представители хори-бурят отправились в Москву и встретились с Петром Первым. Что же было после этого события? Тугулдур Тобоев пишет:

«После того хоринские буряты стали жить в мире и радости охотой на дичь, разведением скота и т. д. Они разбогатели скотом и стали богаты потомством. После этого, до того как были поставлены пограничные вехи, из Монголии прибывали в течение ряда поколений ламы и простолюдины. Благодаря тому, что они присоединились к хоринским бурятам, количество их увеличилось и их стало ещё больше. В это время прибыл вместе с ними из Монголии некто, по имени Хабанши Хундуев, и соединился с хоринскими родами. Тем временем, как он проживал вблизи Байкала, в 1705 году пожаловал для обозрения местности и исследования кочевий стольник и полковник Петр Саввич Скрипицын. Тот Хабанши служил ему проводником, разъезжая при нем. В благодарность за то, что он оказал ему в пути следования различные услуги, он получил, по представлению воеводы Головина, высочайше пожалованной грамотой льготы по податям, а также и по другим повинностям1».

Объяснение сноски и расшифровка абзаца

1. Упоминаемый здесь воевода Ф. Головин заключил с маньчжурами в 1689 году Нерчинский договор, по которому Забайкалье отошло России.
Из этого следует понимать, что племена и роды, населяющие в то время Забайкалье, в том числе и хори-буряты, были неспособны создать своё государственное образование, а маньчжуры, расширявшие свою империю и монгольские ханы, перешедшие на сторону маньчжуров, не были заинтересованы в этих территориях.
В коротком абзаце Тугулдура Тобоева нарушена хронология событий. О своём предке Хабанши Хундуеве, полковнике Петре Скрипицыне и воеводе Фёдорое Головине он упоминает в конце абзаца. События, связанные с этими людьми, происходят в 1705 году. До этой даты он пишет «… до того, как были поставлены пограничные вехи, из Монголии прибывали в течении ряда поколений ламы и простолюдины…» Вместе с ними прибыл некто Хабанши Хундуев. Расшифровка этих предложений очень важна для Познавательной истории хори-бурят и вообще бурят-монголов.

Пограничные вехи между Цинской империей и Россией были поставлены в 1727 году после заключения Буринского договора (трактата) 20 августа 1727 года и Кяхтинского договора 21 октября 1727 года. Граница была определена от реки Аргунь до Западных Саян, поставлены 63 пограничных, караульных, маяка. Кстати, о них в моём ЖЖ есть пост.

В 2007 году я организовал группу «Союз Arts», куда входили писатели, художники, скульпторы, композиторы. Группа должна была заниматься идентификацией края посредством искусства. Одним из результатов работы нашей группы является архитектурно-скульптурный комплекс «Утвердившим рубежи России», поставленный на Караульной сопке вблизи села Абагайтуй напротив реки Аргунь. На этой сопке обменялись грамотами о разграничении территорий представители России и Цинской империи 12 октября 1727 года.


Через десять лет после установки комплекса. Моя ежегодная, рабочая, поездка вдоль границы. 2017 год. Ни с какими организациями и государственными или частными структурами я не связан. Деятельность, темы исследований и маршруты определяю сам или, вернее, их определяют моя этническая и цивилизационная принадлежность.
Видите вдали столбы - это инженерные сооружения, там - граница, которую некогда проводили наши предки. Там две сопки Абагайтуй - на китайской и нашей стороне.
Мы ушли от маньчжур, монгольских ханов и закрыли дорогу назад, в рабство... Так думается. Но кто знает, кто знает?


* * *

Какие отмерены вёрсты,
Чтоб здесь утвердить рубежи.
Бурятские сопки, как сёстры,
Где русские были мужи.

Какие звучали наречья
Под небом родимой земли,
Исчезнув в туманах Трехречья,
На сопках маньчжурских вдали.

Как будто бы всеми заклятый,
Ведь с прошлым разорвана связь,
Стоит, накренясь, Абагайтуй,
Разора и срама стыдясь…

Стоят мои сёла, стыдливо,
Униженно, взгляд отводя.
Кто может, живите счастливо.
А я не могу. Мне нельзя…

И слышу такие напевы,
Такую знакомую речь.
Я – семя упавшего древа,
Сумевший всё древо сберечь.

Эти строки я, потомок тех, кто создавал границу, шептал (писал про себя) во время открытия комплекса 12 октября 2007 года. Через 280 лет после установления границы. Но вернёмся к нашей истории.

Конкретнее. Для разграничения на местах и установки пограничных знаков на восток и запад от места переговоров были отправлены группы людей. На восток, до реки Аргунь, – с российской стороны группа Ивана Глазунова, с китайской стороны группа чиновника Хубита, на запад – группы Количева и Бесиге.
Мобилизовав местное население (наших предков), эти люди разграничили территорию, поставили 63 пограничных маяка (пирамидальные насыпи из камней), в каждую из которых вложили опись участка на русском и монгольском языках. В сторону востока от Кяхты до Аргуни было поставлено 39 маяков, а на запад, до хребта Шабин-Дабан – 24 маяка.
12 октября 1727 года на Караульной сопке (между сопками Абагайтуй на двух берегах Аргуни) Глазунов и Хубита обменялись письменными разграничительными актами, 18 октября того же года такими же актами на хребте Шабин-Дабан обменялись Количев и Бесиге.

Нет сомнения, что демаркацию границы, то есть основные физические работы, проводили наши предки. Делимитацию же, то есть – переговорный процесс, описание прохождения линии границы, документирование и разграничение на картах делали на уровне государственных служащих. О нашей границе можно прочитать в моём очерке на Проза.ру.

Большое количество предков бурят-монголов и, в частности, хори-бурят, прибывали в Ара-Халху, то есть в Байкальский регион, до проведения границы, до 1727 года. Границы ещё не было, можно было идти (или бежать) от монгольских ханов и маньчжуров на просторы Забайкалья или же возвращаться обратно, ища защиты у ханов. Но свободных людей на территории Монгольских аймаков (ханств) не было, все находились под властью ханов и князей.
Тугулдур Тобоев пишет о своём предке Хабанши Хундуеве, который прибыл со стороны Монголии до 1727 года и проживал вблизи Байкала. Далее летописец прямо указывает, что его предок не был чистокровным хори-бурятом. В XIX веке авторы могли говорить о чистокровности, в наше время говорить на эту тему вообще предосудительно. Вероятно, многие из нас не были в то времена хоринцами, как и Хабанши Хундуев.

Опустим следующий абзац Тугулдура Тобоева, в котором он описывает свои награды и заслуги перед Российским государством (что характерно для всех бурятских чиновников), но возьмём оттуда строку, касающуюся его предков. Это нам нужно для приведения и объяснения сноски летописи:

«Сыновей этого Хабанши и потомства от них было много, но мы выясним лишь немногое: сын Хабанши – Хидан, и он был зайсаном восточно-хуацайского рода. Сын Хидана – Дахи зайсан. Его сын – Хадун зайсан. Его сын – Мунхэ. Его сын – Тоба. Сын Тоба – Тугулдур1»

Итоги поста

Сноска Т. Тобоева: Оказавший содействие Скрипицыну Хабанши Хундуев, выходец из Монголии, является предком в седьмом поколении автора хроники – Тугулдура Тобоева. Тобоев, таким образом, не был чистокровным хори-бурятом. Вернее всего, что Хабанши явился вместе с теми бурятами табангутского рода, относительно принятия которых в российское подданство был Головиным заключён 15 января 1689 г. договор «о вечном оных тайшей подданстве российскому престолу», который был подписан монгольскими князьями во главе с Ирки-Контазией (Эрхэ хонтайджи). См.: Н. Бантыш-Каменский. Дипломатическое собрание дел между российским и китайским государствами с 1619 по 1792 г. Казань, 1882, стр. 59.

В 1689 году буряты разных родов, видимо, не имели никаких полномочий для подписания каких-то договоров.
Как видим, договор «о вечном оных тайшей подданстве российскому престолу» был подписан монгольскими князьями.
В эти годы переговоры могли вестись только между представителями Цинской и Российской империй, а также с монгольскими ханами и князьями.
А буряты, бывшие тогда разноплеменными и разнородовыми группами, ничего не значили для договаривающихся сторон.

Известно, что в тот период подписать договор о подданстве российскому престолу желали и некоторые монгольские ханы, стоявшие перед выбором: Цинская или Российская империя? По обе стороны границы была своя жизнь, свои законы, свои плюсы и минусы. Надо было выбирать.

Хабанши Хундуев и очень много людей разных родов и племён, ставшие потом бурят-монголами, прибывали из кочевий Монгольских ханов до 1727 года, когда была проведена граница между Россий и Цинской империей. Наши предки на российской стороне платили ясак русскому государству, организовывали своё местное самоуправление, названные позже степными думами, какие-то правила и уложения брали из прошлой, монгольской, жизни. Также они продолжали пасти и размножать скот пяти видов. Богатели. Об этом есть многочисленные свидетельства русских (немецких, голландских, английских и др.) учёных, путешественников, натуралистов, которые, если будет в этом необходимость, я приведу в следующих материалах.
Во время проведения границц, то есть в 1727-1728 годах, были разные инциденты, одно из них, связано с именем Шилдэ-Занги. Об этом в следующем материале.

Напомню: материалов, монографий, книг, наполненных легендами и сказаниями о бурят-монголах много, нет учебника истории бурят-монголов, которую могли бы изучать дети (и не только), укрепляя в себе дух, волю и чувство причастности к своему этносу и, если хотите, Родине.

Продолжение следует.


Пока мы живы-1, Пока мы живы-2, Пока мы живы-3, Пока мы живы-4, Пока мы живы-5, Пока мы живы-6,



Ресурс работает благодаря поддержке народа. Даже 1 рубль - бесценен для благого дела! ЧТОБЫ Я РАБОТАЛ ДЛЯ ВАС! Мобильный банк – 8 924 516 81 19, карта – 4276 7400 1903 8884, яндекс-карта – 5106 2180 3400 4697

Цифровые варианты моих книг или материалов можно купить у меня: baldorzhieff@yandex.ru или вайбер - 8-924-516-81-19




Tags: #познавательная история бурят-монголов, бурят-монголы, хори-буряты, цинская империя
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments