Виктор Балдоржиев (azarovskiy) wrote,
Виктор Балдоржиев
azarovskiy

Categories:

Как возникают вопросы? Базар-Гуро Дугарович Цынгуев

#Пока_мы_живы

На днях закончил очень сложную работу. Создал очередную книгу. Выполнил последнюю волю хорошего человека. Не сделать невозможно. В процессе работы возникло много впечатлений. Их я и записал. Это урок многим моим сородичам. А книга стала памятникам людям ХХ века, которые за неимением своей истории, пытались оставить хоть что-то своим потомкам...
Седла.jpg

Оригинал опубликованного материала написан на бурятском языке, называется «Эхэ нютагынь монгол орон, эсэгын басаган Бальжан-хатан» смысл должен быть понятен читателю, знающему бурятский язык, но, практически, не переводим на какой-либо другой, особенно русский, язык. Буквальный перевод будет звучать так «Родина-мать (её) – монгольское государство, дочь отца Бальжин-хатан». Сразу возникают вопросы: что за материал, о каких событиях рассказывают авторы, какие они преследуют цели, насколько эти цели значимы для бурят-монгольского общества? Ведь текст обращён именно к бурят-монголам, конкретнее – к хори-бурятам. Авторы – жители Агинского Бурятского округа Базар-Гуро и Лхамажаб Цынгуевы. Далее возникает другой вопрос: почему именно эти авторы, не будучи историками и лингвистами, взялись за столь специфичный труд? Рассмотрим возникшую проблему, ибо она может появляться чаще и чаще на нашем историческом пути.
До того, как материал попал ко мне, он побывал у маститых и известных учёных – историков и лингвистов, писателей, членов творческих союзов, сотрудников научных учреждений, которые запечатлели свои мнения в обоснованных рецензиях.
После знакомства с «хождением» материала по указанным адресам и инстанциям, возникают совершенно другие вопросы. В силу каких исторических причин стало возможным ознакомление с текстом научного и творческого сообщества, занимающегося серьёзным изучением наук, в нашем случае – истории и лингвистики? Ведь факт того, что столь сырой материал попал в эти сообщества и получил отзывы с рекомендациями космического масштаба – систематизировать историю Монгольский империи, говорит о том, что о никаких науках в нашем случае не может быть и речи, ведь текст, мягко говоря, без предварительной правки и редакции, практически, не читаем. (И по этому поводу имеется рецензия!). Из своего опыта знаю: подобные тексты встречаются часто, даже у так называемых писателей, членов творческих союзов, их не читаемость бросается в глаза сразу даже мало-мальски образованному человеку, не говоря о серьёзных учёных. Тогда почему же они знакомятся с такими материалами и пишут серьёзные рецензии? Неужели им больше нечего делать?
Что это? Ошибка или вежливость культурных людей? Отсутствие серьёзных наук, в нашем случае истории и лингвистики, в современном бурят-монгольском обществе? Скорее всего – и первое, и второе, из которых вытекает третий, самый главный, вывод: неистребимое стремление авторов сохранить свою историю для потомков, присущее чрезвычайно неравнодушным людям, которые, несмотря ни на что, ставят перед собой недостижимые цели и достигают максимально возможных в таких случаях результатов. Ценность в нашем случае не в тексте, а в самом стремлении авторов, которое настолько сильное, что оно заставляет вглядеться в текст, понимать текст, работать с текстом, пробуждая другие вопросы и мысли.
v_12.jpgКто у нас занимается историей, если простые люди, не историки и не лингвисты, собирают завалы материалов, бессильно бьются над сведениями и текстами, стремясь сохранить и донести историю до своих потомков? Вероятно, история и лингвистика, как науки и как таковые вообще, в обществе совершенно не развиты или отсутствуют, их места занимают шаблоны давно существующих научных школ, по лекалам которых живут сотрудники так называемых научных учреждений. Если бы такие науки были, то известность их сотрудников простиралась бы далеко за пределами узкого круга людей. Но их нет, а потому их стараются восполнить люди, далёкие от этих наук, настоящие подвижники.
Начиная от сказителей и заканчивая собирателями фольклора, такие люди были всегда в бурят-монгольском сообществе. Но, по большому счёту, историки и лингвисты бурят-монголов царского и советского периодов действовали в рамках уже имеющихся научных школ, а потому их работы, даже находясь в открытом доступе, остаются малодоступными народу на всех предыдущих этапах его развития, ибо там не решается проблема идентичности. У бурят-монголов был и остается запрос на свою идентичность, то есть – запрос на свою реальную историю и конкретные примеры, которые им не могут дать имеющиеся научные школы, а своих – нет и не могло быть. По этой причине запрос на идентичность будет уменьшаться, а народ – растворяться в культурах или бескультурье других народов. Возможность исчезновения такого запроса означает, по большому счёту, исчезновение народа в дурной бесконечности бессмысленных масс.
Именно это всегда пугало неравнодушных людей, которые брались и будут браться за решение, практически, нерешаемых исторических задач, пытаясь заинтересовать современников и потомков их историческими корнями в меру своих знаний и возможностей, нагромождая факты из всех доступных им источников. Это благородная и неблагодарная работа имеет мало шансов на успех, но достойно уважения неиссякаемое упорство и стремление таких людей. Одними из них были Базар-Гуро Дугарович Цынгуев (1918-2008) и его невестка Лхамажаб Батожаргаловна Цынгуева (1950-2013), труд которых предоставлен в этой книге в моей редакции и переводе с бурятского языка на русский.
Авторы не были историками и лингвистами, они были и остаются, как и многие их сородичи, подвижниками.
Добавлю к этому, что данная книга – пример и памятник многим подвижникам бурят-монголов ХХ века, всю свою жизнь стремившимся сохранить для потомков историю народа. Благодаря им, возникают и остаются вопросы. Читателям даётся возможность решать их или ставить свои.

Базар-Гуро Дугарович Цынгуев (1918-2008)

Наиболее характерное состояние бурят-монгольской истории и историографии, а следовательно, и развитие самого народа, отразилось в собрании сведений о Бальжин-хатан и отношении к этой исторической личности Базар-Гуро и Лхамажаб Цынгуевых, а также – в обоснованных научных и литературных рецензиях и рекомендациях к этому сочинению данных учёным и творческим сообществом бурят-монголов.
Как я уже писал, в развитом обществе эти взгляды и мнения не имеют возможности встречаться и вести разговор на равных. Если такое случается, то это говорит об отсутствии, искажении или непринятии существующих исторических работ обществом. Если научное или творческое решение проблемы не воспринимается народом, всё ещё находящимся в поисках своей идентичности, тогда сам народ начинает искать, исследовать и писать свою историю. Процесс будет длиться до тех пор, пока не появится устраивающее обе стороны решение.
Как можно говорить о своей принадлежности к народу или нации, если у человека нет никаких понятий и даже запроса на свою идентичность? И как назвать историю, где отсутствуют предки современников, а следовательно нет причин и следствий?

Что заботит обыкновенного человека? Вопросы личного характера, проблемы семьи, детей, мебель, одежда, продукты, деньги. Беспокоит его также мнение окружающих, социальный статус. Много насущных дел у человека, в плену которых он живёт и умирает. На решение их уходят годы, здоровье, жизнь.

Необыкновенный человек занят проблемами своей среды, вся его жизнь уходит на решение этих проблем. Он занимается ими независимо от своего образования, профессии и рода деятельности. Жить и работать ради сохранения и развития своей среды – это цель его жизни, а потому он целиком погружён в существующие проблемы общества. Это его питательная среда, где каждый занят своими личными делами, а потому старается не обращать внимания на необыкновенного человек, видя в нём угрозу своему обывательскому спокойствию. Принципы обывателя известны: моя хата с краю, мне больше всех не надо, ничего не знаю, ничего не вижу, ничего, никому не скажу и т. д. и т. п.
У необыкновенного человека «хата» всегда в центре, и ему надо знать больше всех, надо видеть больше всех, надо сказать всем о том, что знает. Если в обществе не ставится задача сохранения памяти, то это становится главной проблемой необыкновенного человека. И он будет стараться решать её всеми возможными для него путями и способами.
Ещё совсем недавно, в начале 2000 годов, в учреждения Агинского Бурятского автономного округа часто заходил беспокойный старик, предлагая заняться изучением жизнедеятельности Бальжин-хатан, о которой у народа смутное представление, ибо в скором времени и это представление может исчезнуть совсем. Возможность такого исчезновения беспокоила его больше всех существующих, особенно одномоментных, проблем. Ведь история народа, это его идентичность. А как можно жить без идентичности?
В некоторых местах старались просто отмахнуться от этого необыкновенного человека. Так и говорили: «Оставьте эту проблему! Зачем влезать в непонятные раздоры и интриги четырёхсотлетней давности, где ничего и никому неизвестно? Кому это нужно? Какая ещё идентичность?».
Кстати, я знаю этих обыкновенных людей. Они и рассказали мне о необыкновенном человеке, который часто нарушал их покой вопросами идентичности народа и жизнедеятельности Бальжин-хатан, ибо она – причина, а мы – следствие. Сегодняшняя жизнь хори-бурят – следствие жизнедеятельности этой удивительной женщины, которая родилась в Монголии, но стала дочерью нашей Отчизны. Старик торопился сказать об этом современникам...
Необыкновенным человеком был Базар-Гуро Дугарович Цынгуев. К сожалению, я не был с ним знаком. Вот его биографические данные. Кстати, год рождения он уточнял в архивах, где хранятся документы, написанные на старомонгольском.
Судя по этим документам, он родился в 1918 году в местности Наран Булак около Гунэя. В одно время Гунэй был приписан к Судунтуйскому сельскому Совету. Надо сказать, что Агинский аймак был создан после Февральской революции 1917 года и объединял 7 хошунов: Зугалайский, Цаганский, Харгана-Хоацайский, Адон-Челонский, Онон-Хангилайский, Хамниган-Бурятский, Агинский, а также 49 сомонов. Видите, какая большая история вырисовывается в связи с биографией только одного человека, относящегося к поколению начала ХХ века. Без исторической географии представить жизнь народа или человека невозможно
.
4. Цынгуев Базаргуро Дугарович, врач СЭС.jpgВ 1941 году, в 23 года, Базар-Гуро Дугарович Цынгуев окончил Читинскую фельдшерско-акушерскую школу. Следовательно, он был активным и целеустремлённым человеком своего времени. Пройдя через армию и войну, в 1956 году, в 38 лет он окончил санитарный факультет Московского медицинского института и был назначен главным врачом Агинской окружной санитарно-эпидемиологической станции, где проработал 25 лет.
Базар-Гуро Дугарович – подвижник и организатор санитарно-эпидемиологической службы Агинского Бурятского округа, Отличник санэпиднадзора России, Отличник здравоохранения.
В годы войны он служил в 109-й Гвардейской Бериславско-Хинганской Краснознамённой, ордена Суворова II степени стрелковой дивизии, командовал которой полковник Илья Васильевич Балдынов. Воинское звание Базар-Гуро Дугаровича – сержант. Награждён орденом Отечественной войны II степени, медалями, одна из которых – «За победу над Японией».
Как и многие забайкальцы он был непосредственным участником стратегической Маньчжурской операции на Хингано-Мукденском направлении. Слова Гоби и Хинган в памяти забайкальцев, ассоциации – известные. На долю сержанта Цынгуева выпали безводные степи Внутренней Монголии, пустыня Гоби и Хингинский хребёт. Может быть, с тех времён он задумывался об истории, природе, территориальном делении монголов мира?
Мне довелось служить в Южной Гоби, где палящая жара неминуема, а потому нетрудно представить тысячи солдат, сержантов и офицеров, среди которых шёл Базар-Гуро Цынгуев, в пустыне, под гобийским солнцем, опаляющим падающих и умирающих людей сфокусированными лучами с высоты бледно-жёлтого неба. На огромном пространстве воды и вовсе может не быть. Базар-Гуро Цынгуев видел, как люди сходили с ума, умирали в мучительных агониях. Служащие медицинской службы, где служил Цынгуев, обязаны быть крепче остальных, ведь они – единственная надежда для остальные. Больных и раненых оставляли в пустыне в самодельных шалашах из старых гимнастёрок, шинелей и другого военного имущества. Была надежда, что их заберут на обратном пути. Наверное, забирали, но и японцы находили такие «укрытия»…
Осталось короткое воспоминание Базар-Гуро Цынгуева: «Мы поднимались в 5 часов утра и шли дальше по темноте. Днём нас догоняли и обгоняли танки, мы их догоняли ночью, а на рассвете шли дальше. Некоторые спали на ходу, держась за идущих впереди или рядом…»
Ему довелось, вместе с тысячами других, преодолевать сложнейший Хинганский перевал. Кстати, известна ли была ему в то время песня предков хори-бурят «Жаворонок хинганских рек», о которой он думал уже в новом, XXI, веке? Ведь Гоби и Хинган – это, как раз, те места, где кочевали предки хори-бурят…
После перевала сухой климат сменился на жаркий и влажный, тут уже одолевала духота. О капитуляции Японии он узнал в 60 километрах от Пекина. Может быть, ему было предназначено самой судьбой пройти по дорогам своих предков, чтобы думать потом них всю свою жизнь?
Цыбенова Цыпелма, окулист.jpgЦынгуева Л.Д. Фото.jpgПримерно такие причины и следствия работы по поиску достоверных сведений о Бальжин-хатан, которыми занимался Базар-Гуро Цынгуев, возникали в моём сознании, когда я взялся за редактирование и перевод этого сложного материала.
Необыкновенным людям одновременно и трудно, и легко жить. Трудно потому, что многое из того, чем они занимаются им недоступно, неведомо, ведь они не историки, не лингвисты, не писатели, не редакторы. Легко потому, что у них есть цель и непрерываемые думы о судьбе своего народе. Задача историков и лингвистов – помогать стремлению необыкновенных людей, быть благодарными им за то, что они есть. Кто, кроме необыкновенных людей, поднимет нерешаемые задачи и заставит обыкновенных людей, в числе которых научная и творческая интеллигенция, решать проблемы национального масштаба?
Добавлю к сказанному, что Базар-Гуро Дугарович был женат на известной в Агинском Бурятском округе Цыпелме Цыбеновне Цыбеновой (снимок справа). Она – основоположник офтальмологической службы в Агинском Бурятском округе, Заслуженный врач России, Почётный гражданин Агинского Бурятского округа, кавалер ордена Трудового Красного Знамени, человек интересной и поучительной для потомков судьбы.
В поисках и работе над материалами о жизнедеятельности Бальжин-хатан Базар-Гуро Цынгуеву помогала его невестка, супруга его сына Цэдаши Цынгуева – Лхамажаб Батожаргаловна Цынгуева, кстати, тоже врач, офатальмолог. (снимок слева).

* * *
Из характера поисков и сбора материалов о Бальжин-хатан, независимо от научных и литературных достоинств сочинения, а также биографий авторов книги, предстают образы целеустремлённых и активных людей, лучших представителей бурят-монголов, главным стремлением которых было – неустанное познание и развитие народа.





Ресурс работает благодаря поддержке народа. Даже 1 рубль - бесценен для благого дела! ЧТОБЫ Я РАБОТАЛ ДЛЯ ВАС! Мобильный банк – 8 924 516 81 19, карта – 4276 7400 1903 8884, яндекс-карта – 5106 2180 3400 4697 (Балдоржиев Цырен-Ханда)
Bitcoin:
qrk3u0d6q4nh8nsx5glr4dd3rgt85n4jn5e4446kk5


Цифровые варианты моих книг или материалов можно купить у меня: baldorzhieff@yandex.ru или вайбер - 8-924-516-81-19




Tags: #Место_под_солнцем, #Пока_мы_живы, Базар-Гуро Цынгуев, Бальжин-хатан
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment