Category: литература

Азия, Сибирь

Точка на Земле - Новая Заря

Дело вовсе не во мне, дело в том месте, где я живу – Новой Заре.
В 2014 году мои стихотворения публиковали в альманахе «Русский мiр». Пространство и время русской культуры». Но в нашем случае интерес представляют не стихи, а обложка альманаха и карта мира. На обложке этого издания публикуют названия населённых пунктов, где живут авторы, определяющие в меру своих возможностей пространство и время русской культуры, которую они представляют своим творчеством, то есть являются носителями этой культуры.
На обложке альманаха №9 за 2014 год среди многих городов и сёл, рядом с городом Сан-Франциско стояла моя деревня - Новая Заря.

И тут я обратил внимание, что название моего села всё чаще и чаще стало появляться в интернете и СМИ. Оказывается, Новая Заря – уже давно соперничает со всеми существующими тёзками, а в некоторых моментах уже опережает их, если, конечно, название упоминается в сочетании с моим именем. Название села  уже было в США и Канаде, в разных городах России. Не буду же я ставить возле своего имени какое-то другое название, кроме Новой Зари. Причина даже не в том. как мы относимся друг к другу. Нюансы тут могут быть разные. Мы - неразлучны. Пожизненно. А это непременно накладывает какие-то обязанности и обязательства по отношению друг к другу, устраняя противоречения и недоумения, связанные с этнопсихологическими казусами...

Недавно название села появилось в монгольском журнале «Монголчууд», там публиковали подборку моих стихотворений, знаю, что будет ещё много публикаций, где будет обозначено - Новая Заря. И не только в Монголии.

Сегодня ко мне, в Новую Зарю, едут гости из Улан-Удэ. Делегация Издательского Дома «Буряад Унэн». А это газеты «Новая Бурятия», «Буряад Унэн», «Спорт-Тамир», журналы «Байкал», «Байгал», «Бэрхэшүүл».
Они проедут почти 1000 километров, погостят у меня. Я им расскажу о селе, людях, вообще - о значении этого места на карте мира, границе, истории. Есть о чём рассказать мне гостям и гостям мне. На другой день гости отправятся в Агинское, далее - обратно в Бурятию.


Начну-ка я ставить название своего села в тегах. Пусть процесс узнавания этой точки на Земле станет ускоренным и закономерным. Ведь ко мне, в Новую Зарю, едут гости из Монголии, Бурятии, Москвы, не говоря о городах и сёлах Забайкальского края.
С 2011 года грозятся приехать из США и Англии. Целая группа кинематографистов. И они обязательно приедут. В Новую Зарю. Правда, я и тогда не представлял, и сейчас не представляю, как буду их встречать. Ладно, своих я встречу, а - зарубежных? Хорошо, языки мало-мальски знаю, всё-таки филолог. Интеллектуальную часть я вынесу, думаю, без особого труда. А торжественная и прочие части встречи? Это же какая-то официальщина... Впрочем, как-нибудь разберусь...
Любой человек - это обозначение места, где он живёт, точка на Земле. Хорошо, когда эта точка узнаваема.


Из-за просьб в социальных сетях добавляю: Новая Заря - небольшое село в степи. До ближайшего леса, озёр и рек (Онон, Борзя) - 15-20 километров. Место безводное и солончаковое. До монгольской границы 50-60 километров. Ничего примечательного, история здесь не оставила никаких следов, кроме развалин бывшего колхоза.
Ничего интересного для туристов или бизнесменов. Хотя там, где ничего нет, огромное поле деятельности для нормального человека.
И всё же вычисления по историческим и географическим координатам говорят, что в этих местах, вблизи Онона, проходило становление Монгольской империи. Именно с этих степей начиналось движение хунну (гуннов). Не сходя с места, как с центра, можно указать расселение монгольских народов Средневековья во всех направлениях. Здесь земля борджигинов, центр, откуда начиналось великое движения объединения и завоевания монголов. 

Живу же я здесь по одной причине - это моё место на Земле.



Азия, Сибирь

О переводах

Заметил я, что о процессе перевода с других языков сказано очень много, иногда довольно известными людьми в литературе. Но, во-первых, так ли важна литература для человека и государства, а во-вторых, насколько перевоплощались в образы авторов оригиналов люди, высказавшиеся о переводах?
Поясняю: по своему опыту знаю, что перевод даже малюсенького текста – это непременное, максимально возможное, перевоплощение в автора оригинала. Ни в каком другом случае звуки и смысл оригинала невозможно передать в том виде, каком и желал автор. Попробуйте услышать очень сложное изложение на одном языке и перевести его в точном соответствии на другой язык.
У меня есть право высказывать эти мысли: каждый мой перевод – это перевоплощение. Удачное или неудачное – это другой вопрос. Но каждое перевоплощение укорачивает жизнь человека. Лучше всех это знают артисты. Пока ты живёшь чужой жизнью, чужими заботами и чаяниями, - проходит твоя жизнь, ты сохраняешь чужие следы, а свои в это время размываются... Естественно, это невосстановимо и никем не оценивается...

Переводчик – более, чем артист. Он – импровизатор, к тому же он должен не только перевоплотиться в автора, но и переписать оригинал на другом языке. О знании языка оригинала я даже упоминать не буду. Это – по умолчанию.
Но были случаи, когда знание языка не очень-то и требовалось. В истории импровизации есть весьма и весьма щекотливые моменты. А потому я осмелюсь сказать, что частично, а может быть и целиком, литература некоторых народов при СССР второй половины ХХ века просто создана талантливыми импровизаторами. Многие песни и тексты, которые популярны в народе, вероятно, написаны даже до создания оригиналов. Возможно, "оригиналы" некоторых популярных произведений созданы по текстам импровизаторов, которые написали их "переводы"... В итоге получились целые направления, созданные этими же импровизаторами.
В связи с такими случаями, мне приятно сознавать, что многие произведения моих сородичей до переводов на русский язык были написаны на старомонгольском языке или латинской азбукой, что даёт несомненное право утверждать их подлинность.
Но знание языка оригинала в наше время обязательно. Без этого перевода нет и не может быть!

Из всего сказанного вывод: переводчик – это особый дар. Вот почему я советую всем, кто заинтересован переводами максимально внимательно перечитать «Египетские ночи» Александра Пушкина, где Чарский, потрясённый талантом импровизатора, восклицает:
«Как! Чужая мысль чуть коснулась вашего слуха, и уже стала вашею собственностию, как будто вы с нею носились, лелеяли, развивали ее беспрестанно. Итак, для вас не существует ни труда, ни охлаждения, ни этого беспокойства, которое предшествует вдохновению?.. Удивительно, удивительно!..»
Импровизатор отвечал:
«Всякой талант неизъясним. Каким образом ваятель в куске каррарского мрамора видит сокрытого Юпитера, и выводит его на свет, резцом и молотом раздробляя его оболочку? Почему мысль из головы поэта выходит уже вооруженная четырьмя рифмами размеренная стройными однообразными стопами? – Так никто, кроме самого импровизатора, не может понять эту быстроту впечатлений, эту тесную связь между собственным вдохновением и чуждой внешнею волею – тщетно я сам захотел бы это изъяснить».

Человек, не читавший «Египетские ночи» вряд ли что-нибудь понимает в переводах и работе переводчика. Он ведь не укорачивает свою жизнь, входя в образы авторов в моменты написания ими своих оригиналов, несмотря на размеры оплаты за свою работу.
Все остальные случаи, не относящиеся к вышеописанным, вряд ли можно отнести к настоящим переводам.

Азия, Сибирь

Наташка

Началась гулянка. Очень скоро участники забыли в честь кого или чего разгорается веселье. Наташка, одинокая женщина лет сорока пяти, кажется, этот возраст тоже относится к бальзаковскому, решительно тряхнув пышной золотистой причёской и колыхнув тугими телесами, томящимися в тесном платье с большим декольте и вырезом на спине, публично напивалась, пытаясь бесстыдно намекнуть всем на свою доступность.
После пятой рюмки она плюхнулась в широкое кресло, раскинув ноги, обтянутые чулками телесного цвета, и заявила, что уже не в состоянии ходить и будет лучше, если её отнесут куда-нибудь спать. Она была совершенно безвольная и, конечно, настолько же доступная. Наташка стремилась к такому состоянию. О том, что она уже близка к своей цели прозвучало в желании, чтобы её отнесли куда-нибудь, но более всего – в словах:
- Впрочем, делайте со мной что хотите, я совсем-совсем пьяная…
Но никто и ничего с ней не сделал.
Наташка безуспешно раздвигала ноги в кресле и столь же безуспешно была пьяной. Никто к ней не подошёл, кроме Маши, её подруги детства, теперь уже бабушки двух внуков. Она со своим моложавым дедушкой перенесла Наташку в спальню и заперла дверь на ключ, опасаясь, что кто-нибудь может посягнуть на честь её подруги детства, хотя компания была очень даже приличной.
Оставшись одна, Наташка тут же протрезвела и толкнула дверь, но дверь не открывалась. В доме гудела гулянка, смеялись женщины и мужчины, звучала музыка… Дверь не открывалась. Кричать глупо.
Наташка снова накрылась одеялом и тихо заплакала, со стыдом вспоминая все свои попытки притвориться пьяной, выпивая рюмку за рюмкой всякие соки и воды, а также ставшие дежурными слова:
- Делайте со мной что хотите... Что хотите... Я совсем-совсем пьяная…
Господи, зачем, зачем это притворство? Как всё плохо и нелепо! Спать, спать и спать. И забыть обо всём. Но гудит за стеной веселье, слышится музыка, смех. И голова начинает болеть, как будто она действительно была совсем-совсем пьяной...
3 ноября 2019 года.
Азия, Сибирь

Читатели газет

- Почему Вы все время обзываете нас? – обращался ко мне на собрании двухметровый парторг моего родного колхоза Демьян Федорович Кабаков.
Он стоял за трибуной и бросал громогласную речь в сумрак зала, где любопытствовало больше половины села, а вместе с ними и я, приехавший от районной газеты в командировку, но втянутый на собрание.
Трибуна была обита багровым бархатом, как поставленный на попа гроб. На бархате – портрет В. И. Ленина. Над вождём горбился двухметровый парторг.
- Что такое сизиф? Почему вы нас всех называете сизифами? - Недоумённый взгляд в зал и вопросительная пауза.
- Скажите мне товарищи или я забыл: когда мы вкатывали какие-то камни на гору? А если вкатывали, то почему не укрепляли? Ведь товарищ корреспондент пишет, что эти камни всё время скатываются, а мы их снова вкатываем. В гору!
- Не было такого! Не было! – Загалдел зал.
- Врёт Витька! С детства врал!
- Заявление на него Кабаков пиши, заявление! – орали из дальнего угла.
- Матерщина, поди, какая-нибудь иностранная этот сизиф. На фук или на фиг похоже! Он любит иностранщину!
- Сизиф, сизиф... Может быть, это сифилис?
- Брось, какой сифилис! Он же в газете обозвал, не на заборе, что мы все сизифы, с утра начинаем вкатывать какие-то камни в гору. На Крестовку что ли? Так туда никаким каком никого не вкатишь!
- Вы слышите, товарищ корреспондент, никто и никогда у нас никаких камней на Крестовку не вкатывал, - загремел Демьян Федорович, ища взглядом меня.
Collapse )

Азия, Сибирь

У каждого свой путь-2

Жамсо Тумунов (1916-1955). Бурятский, советский писатель, драматург,
член Союза писателей СССР, фронтовик. Автор первого бурятского романа.
Жигмит Тумунов (1921-2015). Заслуженный учитель школ РСФСР,
доктор педагогических наук Монголии (1999), доктор педагогических наук России (2000), профессор.
Батор Тумунов (1940). Книгоиздатель.

Продолжение. Начало здесь:

Издатель и свидетель

24 сентября 2019 года я шёл по улице Ленина города Улан-Удэ, которую называют Арбатом (это, действительно, настоящий Арбат) с единственной целью: мне необходимо было постоять у дома №27 с тем, чтобы вспомнить очень важные вехи своей судьбы. Именно в этом месте память являет мне картины и лица прошлого. Для кого-то здесь обыкновенный и ничем не примечательный дом. Но я, подходя к нему, слышу голоса Сергея Цырендоржиева, Владимира Корнакова, Анатолия Шитова, Владимира Липатова, Георгия Дашабылова, Цырена Галанова, Гунги Чимитова и многих, многих других людей.

В этом доме была редакция журнала «Байкал». Здесь бурлила, кипела и временами взрывалась литературная жизнь 1980-1990-х годов.

Это напоминание о большом периоде истории Республики Бурятия.

С каждым годом я встречаю на Арбате всё меньше и меньше знакомых, а новые как-то не связаны с той историей, в которой прошла половина моей неустроенной и блуждающей по Сибири жизни. Вот и 24 сентября мне не сулило никаких встреч. Думая таким образом, я шёл по Арбату, но что-то невольно заставило меня замедлить шаги. Какой-то знак, примета, чей-то взгляд, лицо, заставляющее пробудиться памяти. Кто, где, когда? Из далёкой дали выплыла и озарилась фамилия, затем зазвучал хрипловатый голос. Тумунов? Батор? Дядя Батор? Ему сейчас должно быть почти 80 лет. Кто сказал, что столько не живут? Это дядя Батор не живёт? Бросьте… Даже невозможно представить его глубоким стариком. Вот же он стоит!

- Батор Жамсоевич!

Человек вздрогнул, оглянулся, нашёл меня взглядом. Вгляделся, проясняя. И вдруг весь преобразился, излучая всем обликом радость.

Он обнял меня и повлёк по своему родному Улан-Удэ. Восьмидесятилетний человек, за которым я еле-еле поспевал… Через четыре дня исполнялось 15 лет издательству ООО «Имени Гомбожаба Цыбикова и Жамсо Тумунова», где изданы книги авторов Восточной Сибири в таком количестве, в таких объёмах и масштабах, что трудно представить не только рядовым читателям, но и государственным деятелям. И всё это благодаря энергии дяди Батора.

Эта история – продолжение той, предыдущей, как и сам Батор Жамсоевич Тумунов, друг и соратник, практически, всех личностей, которые собирались в здании по адресу – Улан-Удэ, ул. Ленина, 27. Но в отличие от меня, он знал и дружил с людьми, которые работали в этом доме, значительно раньше меня. Более того, он сам работал в редакции журнала «Байкал», в бытность редактором журнала Африкана Бальбурова. Это он познакомил Африкана Бальбурова с Константином Седых, ибо знал этого писателя с малых лет. Естественно, знал Даширабдана Батожабая, Исая Калашникова, Норпола Очирова и многих писателей и журналистов Бурятии послевоенного времени, от 1940-х годов до сегодняшних дней. Чем не история? И какие в этой истории факты!

И вот 24 сентября 2019 года 80-летний человек шёл по подъёмам и спускам Улан-Удэ, где прошли его годы. Он заходил в разные учреждения, представлял их руководителей мне, а меня – им. Человек хотел, чтобы люди знали друг друга.

Collapse )
Азия, Сибирь

У каждого свой путь

Жамсо Тумунов (1916-1955). Бурятский, советский писатель,
драматург, член Союза писателей СССР, фронтовик. Автор первого бурятского романа.

Жигмит Тумунов (1921-2015). Заслуженный учитель школ РСФСР,
доктор педагогических наук Монголии (1999), доктор педагогических наук России (2000), профессор.

Батор Тумунов (1940). Книгоиздатель.

.........................................................................................................................................................................................


Жамсо Тумунов, его супруга - Ханда, их сын - Батор.

Collapse )
Азия, Сибирь

Непростая задача

Сегодня мне снился прекрасный сон: 1981 год, я – молодой и полный энергии – строю в Дульдурге редакцию и типографию, по ночам пишу материалы в будущую газету, набрасываю стихи. Утром спорю с редактором Цыденом Батомункуевичем Батомункуевым. Он относится ко мне, как к сыну, из которого может получиться не то атаман разбойников, не то нормальный, по его понятиям, журналист, который обречён на постоянное противостояние с любой несправедливостью.
Зачем кем-то становиться? Если уже есть, то всегда надо быть. Иначе зачем жить?
Солнце заливает кабинет новой редакции тёплыми лучами. Цыден Батомункуевич что-то выговаривает мне. Я хожу по кабинету и пытаюсь убедить его в том, что он прекрасный хозяйственник и руководитель, но совершенно слаб в русском языке, а все официальные писатели, которые занимаются его повестью, только обманывают его. Он в сердцах бурчит, что в этом случае повестью, которой он увлечён с начала 1960-х годов, пытаясь прославить и увековечить имя своего земляка, надо заняться мне. Конкретно и результативно. Что я и сделал буквально за два летних месяца.
Конечно, мы стали соавторами.

Так появилась повесть «Огненные тропы», которая с высоты сегодняшних лет выглядит для меня каким-то наивным набором текстов, написанных советским комсомольцем 1980-х годов. Но, тем не менее, повесть зажила своей жизнью, а герой её – настоящий партизан и герой Второй мировой войны Бадма Жабон стал в 1996 году Героем России, каковым, конечно, и был всё время. Просто книга достучалась до равнодушных сердец и возымела нужное действие. Цыден Батомункуевич Батомункуев добился своей цели.

Конечно, история написания книги – это множество интересных фактов и явлений середины 1980-х годов. И вот уже на протяжении тридцати с лишним лет руководители и чиновники Агинского бурятского округа, откуда родом Герой России Бадма Жабон проводят различные мероприятия в честь Героя, есть улица имени Героя, областной драмтеатр поставил пьесу, проводятся турниры его имени по боксу, книга была переиздана.
Конечно, как и полагается сложившемуся менталитету чиновников, никто моего разрешения не спрашивает, не говоря об извещениях. Тем более, я даже и не думал претендовать на материалы, непосредственным исполнителем которых являюсь. Это известно людям и не подлежит сомнению. Я - автор по умолчанию. Просто полагаюсь на общую культуру и уровень развития.
Вообще, книга живёт. Имя Героя, следовательно, и название округа, районного центра, села, откуда он родом, известно многим и многим людям.
Collapse )
Азия, Сибирь

Разделённые пропастью

С юных лет меня беспокоит мысль, что образование наше разделено исторической и культурной пропастью; основная часть развития мысли человечества осталась, после 1917 года, на той стороне. Но естественное и плодотворное развитие возможно только после исчезновения этой пропасти.

Мысль эта усиливается, когда я, по давней своей привычке, начинаю переводить на современную транскрипцию (заново набирать), старинные книги, которые много лет, разными путями, собираются в моём рабочем кабинете. Юсы большие и малые, еры, яти, титло и прочие буквы и знаки старославянского, древнерусского алфавита, а также транскрипция до 1918 года, как бы сохраняют культуру и дух времени, но для современного читателя представляют неудобства, а для кого-то и непроходимую преграду.
Collapse )
Книга о любви.jpg
Азия, Сибирь

Обогащайтесь! Цифровой и бумажный варианты книг с ISBN. Покупайте! Прошу репост

Виктор Балдоржиев издаёт серии уникальных книг.
Покупайте и поддержите земляка!

Издано уже одиннадцать новых книг, готовится восьмая. Каждая из них - уникальна, в каждой из них, как сегодня говорят, есть региональный компонент.

В этих книгах обилие информации и мысли о человеке, природе, истории, оформленные в потрясающие воображение рассказы и очерки.


Цифровой вариант одной книги - 100 рублей, бумажный - от 235 рублей...

Книга "Одно правило". Эпиграф: "Одинокие государства или надменные империи всегда теснятся в центрах, охраняемых непонятными им окраинами, которые сливаются с цивилизацией и тяготеют ко всему человечеству". (Виктор Балдоржиев)
В этой книге читатель найдет рассказы, публиковавшие в социальных сетях и блогах.
Несколько слов о маленькой речке Борзя:
"О слове и речке Борзя могу рассказывать долго. Это у самой монгольской и китайской границы.
Больше нигде такого названия не встречал.
На самом деле слово это означает обрусевшее название рода Чингисхана – Бооржа, Боржигины. Люди всегда связывали себя с названием местности. Боржигины – это люди с Бооржи, то есть – из Борзи".
Абзац из рассказа "Кони Гефеста" из серии в "Мастерских":
К четырём часам ночи я дошел до мастерской. По пути наткнулся на толпу пьяных, еле-еле отбился от них, перемахнул через забор и слышал за спиной крики: «Лови нерусского!» Для таких случаев я всегда носил подаренную мне офицерами-афганцами гранату без чеки, иногда цепь или кастет. (Кстати, чтобы потом не повторяться: в те годы, Круглов носил за голенищем унта преострейший сапожный нож, которым он резал линолеум для гравюр и бумагу).
Все книги имеют ISBN (международный стандартный номер), приобрести книгу можно в цифровом и бумажном варианте, перейдя на сайт. У каждой книги - свой сайт. Перейти.... Кликнув на картинку тоже можно перейти на сайт.

__________________________________

Серенгети, Сибирь, Сиэтл – три очень значимых слова для умного человека, которые говорят о заповедниках, богатствах планеты и мучительных душевных болях неравнодушных людей за Жизнь на Земле. Эти слова явились передо мной естественно, в процессе работы над текстами об экологии, природе, родном крае.
Никто не хочет умирать? Но реальность говорить об обратном: человек только и занимается тем, чтобы убивает себя и планету. Слова и форумы, декларации и заявления о спасении жизни на Земле даже на всепланетном уровне бесполезны, а порой кощунственны, на фоне бездуховности и безнравственности правителей стран, надменных ничтожеств, губящих человека и его единственную пока обитель во Вселенной.
Об этом мои мысли и наблюдения.
Это книга вопросов, на которые должен отвечать читатель.

Вот отрывок из очерка "Сгоревший оазис". Это уникальный цасучейский заказник, который практически исчез за годы социальных перемен.
"Цасучейский бор – Государственный заказник, которого нет
Бор был символом. Бор был легендой. Единственный и неповторимый он шумел кронами удивительных степных сосен, радуя всех, кто появлялся из-за горизонта, откуда дули сухие гобийские ветры. Иногда оттуда пытались прорваться через колючую проволоку на границе дзерены, может быть, куланы или архары. Но мы их не видели. Бывшие когда-то хозяевами этих мест, они оставались далеко, там, в туманной Монголии.
Но удивительный сосновый бор продолжал их манить". Перейти на сайт книги или кликнуть на картинку. Купить.

_________________________________

Пока неизвестно сколько будет книг в этой серии. Пока Виктор Балдоржиев предлагает Первую и Вторую книги серии. О чём они?

"Можно измерять жизнь днями, годами, веками.
Эта книга о том, как мы из второго тысячелетия не можем войти в тысячелетие третье".


"Что может происходить на материке? Глупый вопрос, на который давно ответили люди, умеющие раздувать искры до костров, освещающих их имена. Классики русской литературы писали о людях своей Родины, что они пьянствуют и воруют. Разбуди, мол, того же Салтыкова-Щедрина и спроси у него о том, чем заняты в его родной стране, а он, не моргнув глазом, ответит, что пьют и воруют. В этом же были уверены и все остальные знатоки и патриоты своей Отчизны и девятнадцатого, и двадцатого веков. Почему именно Карамзин и Салтыков-Щедрин? И Зощенко об этом же писал и Аверченко, и Бунин, а классик, в бороде которого запуталась вся православная церковь, кажется, вообще ненавидел русский народ. Большое право говорить об уважении к своему народу имел основоположник советской литературы. Он также мог рассуждать о крестьянах острова Капри".

"Какие только бесполезные темы не затрагивает беспокойный ум, какой дурацкий стереотип мышления выработан на пространстве нашего обитания, благодаря предыдущим умникам, какие не результативные сферы человеческой деятельности получили здесь чуть ли не государственный статус – религия и литература!
Не от этого ли мы здесь постоянно говорим и говорим, пишем и пишем о своих дурацких страданиях, о себе и других людях? О себе и снова о других, о других и снова о себе! И никому не надоедает, и никто не устаёт непрерывно обсуждать себя и других, других и себя… Со всех розеток, радио, ТВ и утюгов, не говоря о газетах и бытовых разговорах. И никто не сходит с ума. Или мы давно уже сумасшедшие?"
Это книга о том, как мы застряли между вторым и третьим тысячелетием. Здесь вся Нерчинская каторга и Россия!
Перейти на сайт книги и купить. Или кликнуть на картинку и купить.

_____________________________________

Пока изданы одиннадцать новых книг Виктора Балдоржиева-Азаровского. Кроме трёх названных:
"Последние войный волков",
"Прощание с эпохой",
"Заклинание оборотня",
"Покидая тысячелетие. Книга Вторая"...


Продолжаем принимать заказы на подготовку и создание книг в цифровых и бумажных вариантах.
Контакты: baldorzhieff@yandex.ru zhamyanka2006@mail.ru
фейсбук - https://www.facebook.com/azarovskiy
Одноклассники - https://ok.ru/viktor.baldorzhiev
ВКонтакте - https://vk.com/id141515491
Telegram - https://t.me/azarovskiy



__________________________________________

Пока готовился рекламный блок, вышла восьмая, новая, книга Виктора Балдоржиева. Называется она - "Горизонты и время". В этой книге он собрал рассказы, написанные им раннее и за последние полгода.

В аннотации он написал: "В некоторых странах нет земли, но есть сельское хозяйство. У других нет людей, техники, но есть сельское хозяйство. А у нас есть все: земля, люди, предприятия сельхозтехники, рынки – внутренний и внешний. Нет одного – радостной работы, нет сельского хозяйства. Это означает только одно – власти жизнь страны и народа неинтересна и не нужна. А нам?
Мне кажется, что за всю свою историю мы ещё не пробовали работать и жить по-настоящему, так жить, чтобы открывать бесконечные горизонты…"

А что думает по этому поводу читатель?
Купите книгу, нажав на картинку, или перейдя на сайт.
Collapse )

Азия, Сибирь

Виктор Балдоржиев. Сон (стихи о водке "Чингисхан")



Все помешались на Чингисе
Или Чингис всех помешал…
Вот хан с глазами хищной рыси
Опять восходит на свой вал.

И долго молится. И вскоре
Молва в народе разнесет,
Что смерть тому и роду горе,
Кто всуе хана помянет,

Что имя хана непреложно,
Доступно только небесам,
Что помянуть его возможно,
Когда он соизволит сам…

И долго нукеры казнили,
Глупцов, нарушивших закон.
И солнце красное из пыли
Палило знойно… Этот сон

Приснился после возлияний.
Бутылка водки, как дурман.
Так пусть умрет от содроганий,
Назвавший пойло – «Чингисхан»!

Так на "Инфморм-полис"
11 декабря 2008 года.
Виктор Балдоржиев.